ТатьянаБескаравайнаяВ обновленных региональных программах развития конкуренции на рынке медуслуг больше нет такого показателя, как ежегодный рост доли объемов ОМС у частных клиник. Власти объясняют это низкими тарифами, которые не интересны бизнесу.
Фото: создано редакцией «МВ» с использованием технологий ИИ
Ежегодный рост доли объемов ОМС в частных клиниках больше не входит в обновленные региональные программы развития конкуренции на рынке медицинских услуг. Спустя десять лет реализации таких программ больше половины из них так и не вышли на минимальные показатели, установленные в диапазоне от 5 до 15% общих объемов ОМС, пишет «Коммерсантъ» со ссылкой на анализ документов 20 крупнейших субъектов. Местные власти объясняют это низкими тарифами, которые не интересны бизнесу.
Цель по росту доли частных клиник в ОМС исчезла из программных документов не только на региональном уровне. В федеральном стандарте развития конкуренции до 2030 года, который правительство РФ утвердило в феврале 2026-го, ее тоже нет. После этого регионы обновили тематические «дорожные карты», ограничившись общими формулировками о содействии участию частных клиник в системе, без конкретных целевых показателей. Уровень конкуренции в них теперь предлагается оценивать исключительно по количеству участников рынка.
В первой версии федерального стандарта развития конкуренции говорилось, что к 2018 году доля средств ОМС, направляемых в коммерческие клиники, должна достигнуть 10%. Тот же показатель, хотя и в другой формулировке, использовался в редакциях стандартов на 2019–2022 и 2022–2025 годы. Ряд крупных субъектов в своих отчетах об исполнении «дорожных карт» прямо признают: развитие частных клиник в ОМС достигло предела и нарастить их долю в принципе невозможно. А если и возможно, то лишь за счет отдельных профилей медпомощи, но не за счет комплексного государственно-частного партнерства.
Частные клиники хотели бы оказывать за счет ОМС только дорогостоящую медпомощь — высокотехнологичную, ЭКО, процедуры гемодиализа, стоматологические услуги, МРТ. Тарифы на прочие услуги для них недостаточны, говорится в отчете Челябинской области. Ряд субъектов открыто ссылаются на объективные причины — общую нехватку средств ОМС и необходимость поддерживать объемами государственные клиники. В Самарской области указали на особенности распределения: объемы делит комиссия по разработке терпрограммы так, чтобы зарплаты медработников росли в соответствии с майскими указами.
В Волгоградской области, разбирая проблемы рынка медуслуг, сослались на демографический кризис: из-за снижения численности застрахованных уменьшается и федеральная субвенция от Федерального фонда ОМС (ФОМС). При этом там, как и во многих субъектах, заявили «об отсутствии барьеров» для работы частных клиник в ОМС. В Дагестане констатировали недостаточный уровень доходов населения, а значит, и низкий интерес инвесторов к открытию частных клиник.
Фактическая стагнация объемов, которые получают частные клиники ежегодно из бюджета фонда, подтверждается в данных ФОМС. Так, в 2025 году фонд сообщил об оплате медпомощи частным клиникам на 227 млрд руб.— это 6,2% от годовой субвенции в территориальные фонды. Для сравнения: в 2020 году указанный показатель составил 6,5% субвенции, или 148,5 млрд руб. Доля оказания ВМП вне базовой программы ОМС в частных центрах последовательно снижается с 2023 года. В 2025 году она составляла 7,71%, следует из отчетов ФОМС об исполнении бюджета. То есть такая медпомощь все больше концентрируется в государственной и федеральной сети.
Открыто против участия частных клиник в ОМС в Минздраве РФ не выступают, но дают понять, где видят их место: в амбулаторном звене и медицинской реабилитации, а не в высокотехнологичных и наиболее маржинальных направлениях. С такой оценкой в частности выступал первый замминистра здравоохранения РФ Виктор Фисенко на заседании Комитета Госдумы РФ по охране здоровья в октябре 2024 года.
Как считает гендиректор аналитической компании Eqiva Дарья Шубина, о реальном отношении государства к частникам в ОМС красноречиво говорят регуляторные решения последних лет, например фактический запрет возможности приобретать дорогостоящее оборудование в лизинг за счет средств ОМС, введенный с 2023 года. «Это сужает круг крупных проектов, которые могли бы опереться на такой инструмент,— говорит она. — Затем для клиник ВРТ, желающих работать в ОМС, появился минимальный порог в 100 циклов ЭКО в год. Он отсекает прежде всего новых участников, притом что 58% всех объемов ОМС по ЭКО сегодня выполняют именно коммерческие игроки».
В 2023 году число негосударственных медорганизаций, участвующих в программах ОМС, вернулось к уровню 2017 года — тогда в реализации госзаказа участвовали 3618 частных центров. Частные клиники стали активнее включаться в госзаказ после прохождения пика пандемии COVID-19, писал «МВ». За последний год представители бизнеса уже дважды просили Минздрав РФ вернуть отдельный департамент по взаимодействию с частным сектором здравоохранения. Они указывали на то, что сегмент рынка, генерирующий почти четверть оборота национального здравоохранения и обслуживающий десятки миллионов граждан, не имеет адекватного институционального представительства в системе государственного управления.
