Генетический анализ уже помогает находить редкие формы ожирения и подбирать препараты, но массовое применение таких тестов — пока дело будущего.
На пресс-конференции «Ожирение в Российской Федерации» специалисты НМИЦ эндокринологии им. акад. И.И. Дедова обсудили, как генетические исследования меняют подход к диагностике и лечению этого заболевания. Заместитель директора центра по науке Илдар Минниахметов пояснил: молекулярная диагностика позволяет распознавать редкие моногенные формы ожирения и назначать таргетную терапию.
Наследственность в этом контексте работает по двум разным сценариям, отметил эксперт. Первый — редкие моногенные формы, когда ключевую роль играет нарушение одного или нескольких генов. Такие случаи особенно часто подозревают у детей: раннее начало болезни, сильное чувство голода, трудности с насыщением, тяжелая форма ожирения. Именно здесь генетический анализ может изменить тактику ведения пациента и открыть путь к персонализированному лечению. «Мы активно изучаем наследственные формы ожирения у детей. В когорте из 200 детей у половины из них мы обнаружили патогенные или вероятно патогенные варианты. И большинство этих вариантов было обнаружено нами впервые в мире», — подчеркнул Минниахметов.
Второй сценарий — гораздо более распространенное полигенное ожирение. Здесь нет единственного «сломанного» гена: на развитие заболевания влияют сотни, а порой и тысячи генетических вариантов, которые в сочетании с питанием и физической активностью формируют фенотип ожирения. Модели, рассчитывающие такой генетический риск, уже существуют — они позволяют увидеть предрасположенность задолго до появления болезни. Правда, пока эти инструменты остаются исследовательскими: принимать клинические решения, опираясь только на генетический параметр, нельзя. Это касается и выбора препаратов.
«Сейчас мы активно движемся в сторону фармакогенетики — понимания причин, почему лечение одними и теми же препаратами у пациентов вызывает разный клинический ответ. Одни реагируют хорошо и действительно это помогает им снижать вес, а другие пациенты реагируют значительно хуже», — объяснил ученый. Одна из возможных причин — генетика. В частности, свежие данные по агонистам глюкагоноподобного пептида-1 (ГПП-1) говорят: определенные варианты в гене рецептора ГПП-1 могут по-разному влиять на снижение индекса массы тела, а другие — оказаться связанными с тошнотой или рвотой. До реальной практики этим результатам еще далеко, но в будущем клиницисты, по мнению эксперта, будут оценивать и генетическое тестирование, и метаболический статус, и ответ на предыдущее лечение — и только затем назначать терапию.
Директор НМИЦ эндокринологии им. акад. И.И. Дедова академик РАН Наталья Мокрышева обратила внимание, что ожирение давно перестало быть темой только для медиков. «Это уже не косметическая проблема. Тринадцать типов рака, как минимум, уже ассоциированы напрямую с повышением риска на фоне избыточного веса и ожирения», — заявила она. В зоне риска также сердечно-сосудистые патологии, системные заболевания желудочно-кишечного тракта и мочевыделительной системы, когнитивные нарушения. Ранее «МВ» сообщал, что кардиометаболические факторы риска выявляются у детей уже в 8 лет: в исследовании участвовали 273 ребенка из когорты Border Health Research Cohort при Школе общественного здравоохранения UTHealth Houston в Браунсвилле. Ученые проанализировали 5000 белков и нашли шесть белковых «сигнатур», влияющих на риск кардио-рено-метаболического синдрома во взрослом возрасте. Похожая сигнатура встречалась у 685 взрослых из той же популяции с высоким риском необратимого синдрома. У многих детей уже наблюдались соответствующие фенотипы — ожирение, изменения функции печени, уровня холестерина и инсулинорезистентность, хотя часть этих анализов крови в стандартный педиатрический осмотр не входит.
